Владислав Жуковский: Спад в экономике России – второй антирекорд со времен “гайдаровщины”

image_big_76232.jpg

Актуальная шутка есть – кто виноват в падении ВВП? Само собой — Обама. Что делать? Конечно же, ничего не делать, сплотиться и ждать, пока все рассосется. Ну, а если серьезно, то, в принципе, ничего удивительного не происходит, кто бы сомневался, что ситуация будет ухудшаться – для всех здравомыслящих людей было понятно, что кризис в России начался в 2012 г. Именно тогда появились первые предвестники так называемого «идеального шторма», в который Россия попала во втором полугодии 2014 г., и у чиновников было два года, чтобы что-то предпринять. Но все, что они делали – это говорили, что все хорошо, что напрягаться не нужно, что мы идем верным курсом, а все беды – это, вроде как, влияние внешних факторов, которые от них не зависят.

В 2014 г. случилось сразу три знаковых события. Во-первых, российский структурный кризис экономики навалился циклически на спад деловой конъюнктуры и был многократно усилен. Первый предвестник кризиса – дефолт ресурсно-сырьевой модели «роста без развития», который, в свою очередь, базировался на поедании нефтедолларов, зарубежных кредитов и займов, горячего спекулятивного капитала, портфельных инвестиций, при паразитировании на наследстве Советского Союза — производственном, научно-техническом и в целом на социальном запасе прочности. Это был первый кризис у нас, он наступил еще в 2008-2009 гг. И мы про него нечаянно забыли, когда цены в апреле-мае 2009 г. подросли, и все дружно забыли, что в России есть еще и структурный кризис, что эта макроэкономическая политика последних 20 лет была провальной.

С другой стороны, в 2012 г. произошло еще одно знаковое событие — завершение так называемого восстановительного роста после кризисного провала в 2008-2009 гг. То есть в 2012 г. российская экономика стала демонстрировать первые признаки затухания экономической активности, которые происходили на фоне растущих цен на нефть и на промышленные металлы. Уже тогда стало понятно, что если темпы роста экономики падают, а нефть растет, то это начало конца, это начало смерти этого нефтегазового лобби, как его называют. То есть «титаник нефтегаза» столкнулся с айсбергом и начинает постепенно тонуть.

Третий кризис – это глобальный кризис финансовой системы. Грубо говоря, разворот, слом, прекращение постоянного снижения процентных ставок в базовой валюте фондирования, то есть в американском долларе, прекращение постоянной девальвации американского доллара к другим валютам (к валютам развивающихся стран, к евро, фунту стерлингов), и так называемое завершение цикла сверхэмиссии процентных ставок в Америке — все это ознаменовало то, что нефть больше не будет дорожать при экспоненте, что промышленные металлы больше дорожать не будут.

 

В 2012 г. произошло знаковое событие — среднегодовые, среднемесячные цены на нефть достигли исторического максимума в номинальном выражении, и соответственно цены на промышленный металл начали катиться под откос и затем обвалились. Нефть с тех пор подешевела практически в два раза, как алюминий, никель, палладий и прочие металлы: промышленные, драгоценные, цветные, черные. Собственно, тогда стало понятно, что «песенка спета», и надо либо менять команду, которая рулит экономикой страны, либо, соответственно, валить все на внешний фактор, на какие-то внешние причины. С одной стороны, это был дефолт ресурсно-сырьевого роста без развития и системный кризис российского, бандитско-олигархического капитализма, с другой стороны, это завершение цикла сверхнизких процентных ставок в американском долларе и начало тренда на удорожание доллара. И как следствие — удешевление всех сырьевых валют (рискованных активов), в том числе нефти и промышленных металлов, валют стран периферии мирового капитализма, к коим относится и российский рубль.

Что касается глобального кризиса, то в 2012 г. стало понятно, что и Европа находится в рецессии, китайская экономика «тормозит», и мир идет к полному глобальному кризису. Мы покатились первыми, будучи сырьевой колонией, встроенной в мировую систему, как «экономика-бензозаправка».

Про кризис в России сначала говорили – его нет, потому что не может быть, что все это сказки, что все это клевета, что все в России хорошо. Потом стали говорить, что кризис – да, наверное, есть, что кризис, наверное, будет. А потом сказали, что кризис наступил, но мы не виноваты. Теперь говорят, что кризис кончился, хотя его, на самом деле, и не было. Поэтому сейчас ничего удивительного в снижении ВВП нет, мы все глубже и глубже погружаемся на дно. В мае у нас темпы падения экономики составили 4,9%, в январе мы имели спад на 1,5%. Кстати говоря, когда нам рассказывают чиновники, что мы просто в прошлом году хорошо росли, поэтому сегодня мы хорошо падаем — это полные глупости. В мае прошлого года рост не превышал 1,2%, этот же рост был и феврале, и в мае, но не было колоссального роста, а сегодня мы имеем сильнейший спад. Кризис набирает обороты, и он гораздо больше, чем пишет официально Росстат. Если считать дефляторы по-честному, то окажется, что цены в России растут в 1,5 раза быстрее, и таким образом падение экономики в физическом выражении происходит не на 4%, а на все 7% — уже минимум. Мы выходим на показатели где-то конца 2008 г. — первые месяцы 2009 г.

Спад 2009 г., когда по итогам года экономика падала на 7,8%, а в некоторые моменты спад достигал 11,8%, был самым глубоким с 1993 г. Сейчас мы ставим второй антирекорд со времен гайдаровщины, то есть даже во времена Черномырдина, Кириенко и прочих «замечательных» руководителей наша экономика умудрилась не упасть в дефолт 1998 г. благодаря действиям премьера Примакова, а также Маслюкова и Геращенко, которые всю эту шушеру либеральную разогнали. Но, тем не менее, сегодня у нас сильнейший спад, второй по величине за последние 22 года.

У нас 22 млн нищих россиян — количество таких людей официально выросло на 3 млн человек, 64% россиян вообще не имеют сбережений, у них нет денег, чтобы даже положить на счет – они живут от зарплаты до зарплаты. Люди с трудом сводят концы с концами, некоторые элементарно выживают – это не средний класс, они находятся на обочине социальной жизни. Этих людей делает «быдлом» наше руководство: «Они не встроились в демократию и рынок – пусть сдохнут», — такая политика. У 75% россиян доходы ниже 31 тыс. руб. официально, у половины россиян – доход меньше 22 тыс. Нормально живет только 15% страны, из них 14% — это средний класс, 1% — это миллионеры, миллиардеры, олигархи, правящая тусовка. Кризис бьет по россиянам еще как – у нас впервые падают зарплаты в стране на 13%, у нас такого падения не было ни в 2009 г., ни даже в 1999 г. Сжатие платежеспособного спроса, которое мы имеем, и вымывание денег из карманов россиян – колоссально, беспрецедентно с 1992 – 1993 гг. То есть эти ученики Гайдара – Улюкаев, Силуанов, Набиуллина, Шувалов, Дворкович – все эти «реформаторы», суть реформ которых – продать Россию по частям то Европе, то Китаю – умудрились сделать то, что не умудрился сделать только Гайдар. А чуть позже только команда Чубайса, Кириенко и Черномырдина в 1998 г. Но миром правит пиар-пропаганда, люди смотрят телевизор и думают, что у них все хорошо.

 

Нам поможет только смена всей макроэкономической политики, смена идеологии, смена кадров, которые проводят эту политику, потому что рожденный ползать – летать не может, а рожденный воровать, паразитировать и заниматься мародерством – не может производить, выстраивать новые отношения и проводить социально ориентированную экономическую политику. Острым является вопрос собственности – собственность должна быть возвращена из криминально-олигархической власти в пользу большинства. Это не значит, что все надо национализировать и поделить, нет, наоборот, это должно быть распределение на каждого гражданина страны, который имеет право на долю от роста экономики. Плюс это поощрение частной инициативы, особенно в производственном секторе, поощрение предпринимательского начала. Необходимо полное решение вопроса дезинтеграции экономики. Пока у нас собственность контролируется олигархами – они вообще не заинтересованы в развитии реального сектора. Если мы хотим, чтобы экономика России была производительна и создавала на один доллар добывающей промышленности хотя бы 8-9 долларов, как это делает ЕС, или 15 долларов, как Япония или Южная Корея, а не как сегодня делаем мы — два доллара на один — то нам необходимо, чтобы добывающая промышленность работала в интересах всей страны, всей экономики. Нужно выбивать посредников, необходимо снижать издержки, необходимо снижать сверхприбыли, которые возникают в переделах. Максимизация прибыли происходит «наверху», это можно изменить, только решив проблему собственности. Ну а вопрос о власти вытекает автоматически, потому что чью собственность защищает власть – тому она и служит.